С художницей, которая не считает, что женщина может таковой быть, мы поговорили о "фекальной живописи", Боге внутри, сексизме в искусстве и о том, почему родителям не стоит сидеть в соцсетях при детях.

Ксения Стоянова - художница, иконописец и реставратор. У нее уютная мастерская с огромными окнами на высоком этаже. В ней много света и живут попугаи-неразлучники. Детские каляки-маляки здесь даже на полу.

Попугаи Ксении Стояновой
Мастерская Ксении Стояновой

Ксения брюнетка с большими темными "греческими" глазами. Она говорит восторженно и страстно. Много улыбается. Наверное, за это ее так любят дети, что приходят на занятия в ее мастерскую "Risovalli". Ксения не похожа на современных художников. Никакой напускной важности или аскетизма, диковинного имиджа или картин из мусора. Классика: красивая девушка и такие же полотна.

на фото: Ксения Стоянова

Увидеть просто картины в XXI веке - диковинка. Сейчас художники делают, что угодно, только не пишут. Считаешь ли ты провокаторов своими коллегами?

Художник никому ничего не должен и не обещал. Все то, что мы считаем провокациями, - это просто язык художника. Им говорят люди очень переживающие, сочувствующие, тонкие. Они что-то хотят сказать. Их язык таков. Художник он или нет - каждый решает для себя.

Если провокационный поступок или мысль не искренни, не будоражит тебя до такого состояния, что ты готов распять себя за идею - это не искусство.  Но не совершая провокаций, как в современном мире донести свой посыл? Голые были, фекалии были, расчлененка была, трупы были… Было все.

Листание экранчиков на смартфонах довело нас до того, что мы не реагируем вообще ни на что. То есть, что-то должно сотрясти меня, чтобы я подумала: "стоп, подожди! Я уничтожаю землю, на которой я живу. Моя страна, мое государство уничтожает меня". Как мне кричать, что я в муках живу, если я не хочу на себя наложить руки? Вот художники и находят провокационные способы. Конечно мы все возмущаемся, но именно в этот момент есть надежда, что мы хоть о чем-то задумаемся, что это вырвет нас из мира майонеза и синтетических тряпок.  

Зачастую, не сделав вызова - не получишь ответ. Почему ты не сказал - а ты не спрашивал. Поэтому мы все художники. Каждый человек - и ребенок, и создатель, и родитель, и муравей. Он что-то несет и что-то делает. Наш мир все время двигается как на шарнирах, и в этом принимаем участие мы все. Это мы все размазали фекалии по холсту, прибили себя половыми органами к брусчатке. Тут никто не ходит по отдельности. Мы ответственны за все, что происходит как в маленькой семье - так и в большом мире.  

На фото: Ксения Стоянова

Если душа вдруг выйдет из тела, и ты увидишь свои картины со стороны, что ты скажешь об их авторе?

Это точно девочка. К моему сожалению. Мне хотелось бы делать такие работы, которые не выказывают пол автора. Чтобы они были универсальные, как вселенское создание. Но глядя на мои работы понятно, что их пишет нежная девушка, в своих грезах и мечтах. Я хочу расти дальше, чтобы мой посыл был близок каждому человеку. Мои работы в определенный момент становятся слишком милыми, сказочными. Но это не сказка. Это - моя реальность. Я не живу в розовых очках, просто для меня мир прекрасен. Даже в своем несовершенстве.

Мне очень нравится свет. Свет во всех смыслах и ассоциациях. Я не могу причислить свои картины к какому-то жанру или направлению. Мне нравится про свет, про любовь, про нежность, про таинственность, светлую грусть. Тогда становится легче, появляется надежда, приподнятость. Это меня влечет. Наверное, это для меня самое ценное.

Работа Ксении Стояновой
Работы Ксении Стояновой

Почему хочешь спрятать за красками то, что ты женщина? В искусстве есть сексизм?

Я вообще не верю в женщину-художника. Потому что пьяный мужчина в грязной одежде, пишущий классные картины - это здорово. Но пьяная женщина в грязной одежде не привлечет никого. Я не знаю таких историй. Понятно, что женщина не так давно вышла на эту арену, но тем не менее, примеры женских работ мне не нравятся в массе своей.

Женщина - то существо, благодаря которому появится искусство, но не то, которое его сотворит. Женщина вдохновитель, а мужчина - создатель. Считаю ли я себя женщиной-создателем? Тут все сложно. Для меня это происходит странно и необъяснимо. Я считаю себя художницей, но в приоритете для меня все равно отношения, моя семья, моя работа в мастерской с детьми.

Мне абсолютно все равно, что я оставлю, что здесь будут думать обо мне в конечном итоге. Для меня важно, кто я перед вечностью и перед Богом. Для меня важно быть человеком, важны качества моей души.

Художник должен быть голодным - это точно не про меня. Мне нужна масса условий. Я ничего не сделаю в неблагоприятной обстановке, именно поэтому я выбрала эту мастерскую. Мне нужен свет, комфортная температура, хорошее физическое состояние. А вот настроение может быть каким угодно. Я нарисую в любом состоянии - в меланхолии, в страданиях и переживаниях, счастье, беспокойстве или торжестве. Просто это должно быть очень сильное чувство.

Художник - это же праздник. Это всегда исследование, всегда что-то новое. Художника голодного, прячущегося в подвале, найдет только ищущий. А художники, которые известны и живут роскошно - они влияют на историю.

На фото: Ксения Стоянова

С чего начинается твой праздник? Как рождаются картины?

Всегда по-разному. Есть вещи в жизни, которые меня очень вдохновляют, наполняют и переполняют настолько, что они превращаются в какой-то образ. Иногда что-то увиденное навевает такую композицию, которую невозможно придумать, но которую можно прочувствовать. Бывает, что в тот момент, когда засыпаю или просыпаюсь - я вижу картину. Она вдруг появляется: с четкой композицией и деталями. В другой раз - все начинается с цветного пятнышка, линии, и история развивается прямо на твоих глазах. Часто картины получаются такими не потому, что я решила, а потому - что так выходит. Я просто орудие, благодаря которому появляется такая вот композиция. То есть я - ни при чем.

Работа Ксении Стояновой
Мастерская Ксении Стояновой

А если картина в итоге не получилась такой, как хотелось? Ее в мусорный бак?

В этот момент нужно полюбить себя еще сильнее. Принять, что получилось ну вот так вот. Это как люди. Есть красивые. А есть не такие очевидно красивые. С картинами то же самое: они также прекрасны в своем роде. Завтра я посмотрю в другом настроении, с другими мыслями, и окажется, что просто нужно ее по-другому "причесать", "одеть в другое платье", и полотно засияет. Эта игра создает гармонию. Этим словом сегодня жонглируют, бросаются повсюду, но нельзя забывать его смысл.

На фото: Ксения Стоянова

С таким подходом, наверное, сложно расставаться со своими работами. Тебе не больно продавать их?

Раньше это было невыносимо. Когда я писала свои первые работы, я настолько увлеклась этим процессом: писала их долго и получала огромное удовольствие, поэтому даже речи не было о том, чтобы их продавать. Продается? Конечно нет! Вы что, какие деньги?! Это мое и я никуда не хочу это отпустить. Потом настал момент: хочу, чтобы эта конкретная работа была у этого конкретного человека. Будет приятно, если часть меня останется с ним. Но без денег. Я уже все получила: и отдачу и удовольствие от работы.

Затем мне стало очень приятно, что я написала и вложила душу, и получила еще за это вознаграждение, а следовательно, могу способствовать дальнейшему созданию работ. Бывает, что мне не нравится покупатель, но у него всего есть шанс меня уговорить. Если человек ответит, почему ему нужна именно эта работа - я продам ему. Потому что иногда мы ошибаемся в людях, и если мне кто-то не понравился, это не значит, что он плохой.  

Ну и картины, с которой я не готова расстаться прямо ни за какие деньги, у меня нет. Я хочу заполонить землю. Я себе нарисую еще.

Хочу ли я понравиться? Быть коммерческим художником? Наверное, нет. Я пишу то, что мне близко. Я задумываюсь о том, какую мысль я вкладываю в работу. Модно - не модно? Конечно, хочется быть в контексте времени. Тогда есть диалог со зрителем. И пусть 80% я пишу для себя, я хочу быть востребованной. Писать в стол не имеет смысла. Это - зарывать свой талант.

Картина Ксении Стояновой

Знаю, у тебя есть талант еще к иконописиси. Переданный, видимо, по наследству. Твой папа ведь же писал иконы. Насколько это вообще сложно - соприкасаться с Богом по работе?

Бог всегда рядом с каждым человеком. Дело в том, поворачиваемся ли мы к нему. В момент реставрации или написания новой иконы хочется приблизиться к Нему. Но мы все в таких оковах, и я настолько здесь, в этом мире, что работая над иконой начинаешь думать: а кто я есть на самом деле? Как я могу вообще этим заниматься, если я такая? Процесс соприкосновения с иконой - это момент спасения, в который ты позволяешь Богу помочь тебе.

Работа над образами - тонкая и аккуратная. И никакие свечи и длинные юбки не помогут, если в сердце нет покоя. Нужно успокоиться, прислушаться, отказаться от мирского, вспомнить о самом ценном - бессмертной душе.

Моя работа как реставратора должна быть незаметной. Написание же новой иконы требует строгого соблюдения канонов. Просто сделай хорошо - и отойди. О том, как выглядели святые, мы знаем по изображениям I-II веков и по жизнеописаниям. Хотя, иконы, написанные женщиной, тоже можно отличить. Там более мягкие оттенки, более мягкие черты лица у святых. Наверное, это нехорошо. Ведь миссия иконописца - быть абсолютно обезличенным и незримым.  

Работа Ксении Стояновой

А в чем твоя миссия как педагога?

Ощущаю свою миссию в том, чтобы сказать каждому "ты умеешь рисовать". Каждый должен хоть раз услышать "твоя каракуля прекрасна". У каждого должен быть такой момент, когда он почувствует себя талантливым. Моя миссия - полюбить ребенка хотя бы на этот час. Создать с ним историю.

У меня не школа, а мастерская. Мы экспериментируем. Рисуем, чем можем и как хотим. Главное, чтобы был контакт и ребенок не боялся запачкаться. Здесь очень многое позволено, но есть правила. Я никому не даю свой пароль от Wi-Fi. Даже родителям. Потому что дети берут с них пример, и начинают копаться в телефонах. Иногда приходят мамы и спрашивают, как заставить ребенка взять в руки книжку. Спрашивают, не отрываясь от смартфона даже во время диалога.

Раз в месяц у нас проходит "изокураж". Вся мастерская покрывается поверхностями, на которых можно рисовать. Мы рисуем везде и всюду под музыку. Это семейное мероприятие. Очень объединяет. Так дети и родители занимаются общим делом, в котором они единомышленники, а не надзиратель и подчиненный. Детей учат поступками.

Мастерская Ксении Стояновой
Мастерская Ксении Стояновой
Мастерская Ксении Стояновой

Как сообщала USIonline.com, одесситка Ольга Подусова усыновила 11 деток с проблемами здоровья.

Читайте нас в Telegram.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.