Борис Бухман – один из самых известных фотохудожников Одессы и Украины. Его работы получали главные призы на множестве фотовыставок, а свадебные фотографии, сделанные Борисом Наумовичем, украшают семейные альбомы многих одесситов.  Как фотожурналист он сотрудничал с изданиями "Motor news", "XXL", "Пассаж", "Relax", "Здоровье", "Фаворит удачи", "Гранат", "Заварник", с газетами "Одесский университет", "Комсомольская правда", "Аргументы и факты", "Русская Америка". Героями фотографий Бориса Бухмана были известные политики, бизнесмены, деятели науки, искусства. Как театральный фотограф он сотрудничал с Одесским театром музыкальной комедии им. М. Водяного, Одесским украинским музыкально-драматическим театром им. В. Василько, Театром юного зрителя им. Н. Островского, и Одесским театром кукол.

Украинская Служба Информации пообщалась с фотохудожником о том, как искусство помогает излечиться, о качествах фотографа, которые нужны в работе, о фотошколе и благотворительных проектах.

на фото: Борис Бухман

Расскажите о своем профессиональном пути, с чего все начиналось. Представляли когда-то себя в другой профессии?

Мне сложно сказать…Я с семи лет фотографирую. Да, я работал в других отраслях. У меня трудовая книжка открылась в 18 лет. Перед тем, как уйти в армию, и чтобы у меня был стаж, я работал упаковщиком на картонажной фабрике. Потом я пришел с армии и пошел работать в РСУ (ремонтно-строительное управление), зная, что я женюсь, у меня появятся дети, и надо получить квартиру. И я получил там квартиру в доме на улице Средней, который я сам и строил, будучи в электромонтажном участке. Потом я перешел на общестроительный участок.

Закончил я автомеханический техникум – сейчас он называется автодорожный, потому что их объединили. А фотографировал я всегда. А потом мой товарищ Саша Павловский позвал меня помогать ему на Новый год фотографировать туристические группы возле Оперного театра. Это была как бы такая халтура. Я ему помог, а потом я понял, что это мое. И все – я потихоньку стал возле Оперного театра  и фотографировал. Работал я в кооперативе "Сюрприз" при фабрике "Одессфото". Мы уговаривали туристические группы сделать для них групповую фотографию, чтобы каждый из них смог забрать 4 кг золота, которые пошли на реставрацию Оперного театра. Классно, да?  Фотография стоила 1,26 рублей, цветная —2,60. Высший пилотаж – это когда они сразу рассчитывались на месте. А некоторые не давали деньги, и мы ездили на станцию, где останавливались туристические поезда и отдавали фотографии. Так тоже было…

Какой Ваш самый любимый жанр фотографии?

Репортаж. Это жанровые снимки и жанровые портреты. Это не постановочные портреты, а ситуации, когда фотограф подлавливает кадр.

А технику какую предпочитаете?

Фотоаппараты бывают двух видов. Знаешь какие? Nikon и другие (смеется – ред.).

Мы пришли с Canon…

Canon – он такой же, как и Nikon, только для бедных… Это шутка конечно. Мой рабочий объектив – это 70-200, длиннофокусный. Я стараюсь не вмешиваться в личную жизнь тех, кого я фотографирую. Я за ними подсматриваю. Хороший фотограф должен быть психологом. Я со стороны подсматриваю и предугадываю их поведение, действия. И тогда получаются хорошие фотографии.

На Ваш взгляд, нужно ли обладать какими-то особенными способностями, чтобы работать фотокорреспондентом? Чтобы получались фотографии, которые рассказывают историю.

Когда начинал снимать репортажи, я заранее готовился, узнавал, что конкретно будет происходить на мероприятии. Если меня специально заказали снимать репортаж о каком-то событии, я всегда интересуюсь у руководителя, какие акценты делать. Я заранее узнаю, что, как и зачем.

У меня была ситуация, когда я пошел снимать вместе с девочкой-корреспондентом интервью с Константином Райкиным. Журналист должен знать о герое все, готовиться, а она к нему подходит и говорит: "Здравствуйте, Константин, извините, как Вас по отчеству?". Я просто повернулся и ушел.

То есть, когда идете на мероприятие, вы должны знать заранее все, что только можно узнать. И, конечно, чуйка должна быть на моменты. Как у хорошего нападающего есть чуйка на гол. Он должен быть в нужном месте в нужное время.

Какое образование нужно фотографу?

Если ты хочешь быть фотокорреспондентом, то журналистское образование очень помогает. Но я пошел от обратного. У меня фотографического образования нет, я все учил на практике. Теперь, когда я сделал свою фотошколу, учеников сразу предупреждаю – я с вами буду учиться вместе. Сейчас мы заканчиваем уже 4-ый курс.  Им интересно узнать что-то новое по технике, по сюжетам, композиции, и я тут же даю пример из своего опыта. Так интереснее, а какие-то заученные фразы не работают. У меня сейчас учатся одновременно девочка 13 лет и прабабушка. За ними так интересно наблюдать – мировоззрение совсем разное. И я учусь с ними не только фотографии, а и общению, психологическим приемам находить общий язык.

Так что какого-то специального образования я бы не выделил. Мой сын сейчас учится на фотожурналиста в Израиле. Его преподаватели дают ему какие-то задания, но это детские задания, которые Миша уже давно прошел. Ему легче, потому что он вырос в этом, хотя специально я его не учил – он за мной подглядывал. Я не хотел ему насадить свое мировоззрение. И он совсем смотрит по-другому. И я горд, что выучил его именно так. А теперь и я у него учусь. Например, той же мобильной фотографии.

Кстати, хотела спросить, как Вы относитесь к фотографиям, снятым на мобильный телефон?

Ко мне когда-то в студию пришла девочка – приехала на Porsche, ногой дверь открыла, взяла телефон, еще старый, из тех, что только-только появились с камерой, и спрашивает: "А Вы с телефона делаете фотографии?". Я ей говорю: "Девушка, у Вас дома фотоаппарат есть. Вы можете с него позвонить?". Так вот, сейчас это не актуально. Сегодня я делаю фотографии и телефоном тоже. Соответственно, уже я к таким фотографиям отношусь хорошо.

Не кажется ли Вам, что с обилием доступной техники профессия фотографа немного деградирует? 

Я очень много лет шел к тому, чтобы у меня было звание "фотохудожник". Я член Национального союза фотохудожников Украины. И когда человек покупает фотоаппарат, месяц фотографирует и называет себя фотохудожником, конечно это немного "колбасит". Сейчас даже по законодательству в трудовой книжке пишут – фотохудожник. Трудно сразу называться фотохудожником. И даже когда мне дали это звание, я некоторое время не называл себя так, а говорил, что я фотограф. Как-то было неудобно по отношению к  тем, кто был  старше меня, кто был действительно фотохудожником с большой буквы, а в Одессе их много. Но теперь я уже не стесняюсь.

А свадьбы Вы еще фотографируете?

Конечно, я до сих пор снимаю мероприятия, свадьбы, за деньги, ведь это кормит. И я никогда этого не стеснялся. Кто-то из великих наших фотохудожников может кричать, что он никогда не будет снимать свадьбу. А ведь свадьбу надо уметь снимать. Нужно иметь подход к людям. Это тяжело.

Как Вы относитесь к папарацци? И есть ли в Одессе и в Украине такие фотографы?

В Одессе таких не знаю. А в Украине есть. Я недавно встречался с таким фотографом, с которым мы в 1998 году снимали "Славянский базар", и я наблюдал, как он работает. Фотоаппарат держит сбоку,  кадры тихо ловил. Мне в свое время предлагали идти работать папарацци, но я отказался. Я очень люблю людей. Я могу их сфотографировать в какой-то обстановке, чтобы это было по-одесски с подколкой, но это всегда будет корректно. Работа папарацци – это адский и дорогостоящий труд. Каждый объектив может стоить до 10 тыс. долларов. А представь себе, что где-то этого папарацци ловят, дают по башке, а что еще хуже – по объективу.

Гонитесь ли Вы за новой аппаратурой? Ведь постоянно появляются новые фотокамеры, объективы… Или у Вас есть любимый фотоаппарат, которому Вы не изменяете?

Я периодически меняю аппаратуру. Конечно, я работаю с современной техникой. Но это тоже все относительно. Я первым в Одессе купил фотоаппарат Nikon D4, был самым крутым в городе. А через месяц они выставили модель D4 S, а теперь вышел D5, и фирма дала мне его протестировать. Я, конечно, ходил с ним, и у меня слюни текли…

Тут ситуация такая: начинать нужно с любого фотоаппарата. Я начинал со Смены 8М. И по мере того, как возрастает твое мастерство, ты начинаешь понимать, какая нужна аппаратура. Это как учиться ездить. Сначала ты ездишь на Запорожце, потом покупаешь Lanos, а потом уже можешь купить Merсedes, а уже попозже можно и на Maserati сесть.

Фотоаппарат же не фотографирует. Мозги фотографируют. До того момента, как ты поднимаешь фотоаппарат, у тебя уже картинка есть в голове. Фотография созревает до того, как ты нажал на кнопку. А техника тебе поможет реализовать эту картинку, сделать этот кадр.

Как Вы относитесь к постобработке фотографий? Она ведь немного искажает реальность…

Смотря что ты хочешь показать. Если ты снимаешь fashion, то там нужно навести красоту.

Конечно, какую-то минимальную обработку я делаю. Я не делаю глянец, fashion, и т.п. Но некоторые это любят.  Я снимал галерею артистов в театре, и у меня много таких работ – в Украинском театре, в Музкомедии, в ТЮЗе и в Кукольном театре. Для Кукольного театра я снимал портреты детей, которые смотрят спектакль, их реакцию на происходящее. Конечно же, в таких фотографиях нужно чуть больше обработки. Как-то ко мне один артист приехал на съемку, а у него не было зуба. Я ему и "зафотошопил" этот зуб.

У Вас есть любимые программы, в которых обрабатываете фото?

У меня есть две программы, в которых я работаю. Это - Lightroom и Photoshop. Все.

А на пленку еще снимают?

Еще снимают, и мода на такие фотоаппараты возвращается. Девочка одна мне звонит и говорит, что купила пленочный фотоаппарат. Супер, молодец! А потом выясняется, что и проявляет, и печатает фотографии она не сама, а обращается в фотолабораторию. Я тогда ее спрашиваю: "Для чего тебе нужен пленочный фотоаппарат? Он нужен тем, кто сам проявляет пленку, сам печатает фотографии". Какая тогда разница, снимала ты на "цифру", или на пленку, если ты отдала снимки в лабораторию и там за тебя напечатали.

Я знаю, что у Вас есть очень важный социальный проект. Расскажите о нем подробнее.

У меня был проект, который назывался "Город миллионов надежд". Я три месяца находился в нашем онкогематологическом отделении с больными детками. Практически там жил. И пока этот проект длился, трое деток умерли…Сложнее было начать эту работу, объяснить родителям – для чего ты, для кого ты…Я объяснил, рассказал, что это не для пиара, что мы делаем выставку, собираем деньги для детей. Мы показали этот проект в Одессе,  Кропивницком. И дальше я каждый год первого января в 10 утра еду в эту больницу и мы фотографируем деток, которые там остались на Новый год. Потом мы дарим им файлы, и кроме меня туда приходят еще волонтеры и дарят очень много подарков. Дежурная медсестра наряжается Снегурочкой, дежурный врач Дедом Морозом, замглавврача белочкой или лисичкой. И мы такой компанией ходим и дарим деткам подарки, а я фотографирую. И это происходит уже где-то лет 5…

У меня от рака умерла мама. И как-то захотелось поддержать этих деток…Когда я начал этот проект, впервые зашел в больницу, у меня появился ком в горле, я не мог фотографировать. И я брал пример с того ребенка, который там лечится – ему не страшно было заходить в другие палаты. Его звали Денис, и мы ходили вместе.

И проект продолжается. В этот Новый год я тоже в 10 утра уже буду там в больнице.

А еще у меня есть проект, который еще в процессе, и никто о нем не знает. Нужно найти спонсора, чтобы все это можно было показать. Это фото людей в тюрьме. Я снимал и в 51-й колонии, и в СИЗО — это и женщины, и детский сад, и камера пожизненного заключения. Я нашел человека, который туда ходит. Это – отец Дмитрий Краснобаев. И мы с ним снимали и в СПИД-центре, и  в тюрьме… Он понимает, что там происходит. Когда приходишь туда, нужно понимать, где ты находишься, и первым делом что нужно делать. Фильтровать базар (смеется – ред). И это правда – все, что можно сказать на воле, не скажешь там. Воспринимается немножко по-другому. А в 51-й колонии сидят люди, которые совершили тяжкие преступления.

А теперь я хочу поснимать в госпитале военном наших бойцов. Но пока очень тяжело все согласовать, потому что это делается через Министерство обороны. В этом году в мае мы ездили в Израиль с нашими девочками-волонтерами. Собирали деньги на реабилитацию бойцов. Потому что в Израиле есть очень много групп за Украину, которые помогают нашим.

на фото: Борис Бухман

Расскажите о Вашей фотошколе, о том, как делитесь опытом

Школа работает всего пару лет. Мне давно жена кричала – давай сделаем фотошколу, давай сделаем фотошколу.  Все же возраст, и надо понимать, что ты не всегда сможешь бегать по мероприятиям, свадьбам, и нужно учить других. У нас есть в Одессе много школ. Но нашу мы назвали практической мастерской фотографии, чтобы люди поняли, что мы больше времени уделяем практике. Мы даем отдельно теорию, теорию на практике и практику в теории. Я много лет работал на свое имя, а сейчас мое имя работает на меня. И поэтому легче набирать людей.

В прошлом году мы на благотворительных условиях взяли в школу бойца, который был в плену, прошел Иловайск. Он пришел сюда после госпиталя и был дикий. Он смотрел на всех, как на врагов народа. Но постепенно он начал успокаиваться, начал смотреть, видеть, стал фотографировать цветочки – человек растаял. Теперь, когда я его встречаю в городе, и мы вместе ходим по улицам и фотографируем, это абсолютно нормальный и адекватный человек. Искусство лечит. В этом году мы еще взяли девочку, которая прошла химиотерапию, у нее был рак. Сейчас она приболела и пропускает занятия, так что, скорее всего, мы ее снова запишем на весенний курс. Да, искусство лечит. Оно не дает заработать, но лечит.

Ваш сын тоже стал фотографом. Получается, что у Вас теперь целая династия. Какой Вы ему дали самый главный совет?

Давайте начнем с дедушки. Мой родной дедушка погиб на фронте во время Второй мировой войны. В честь него я назван. У него был родной брат Миша – Михаил Моисеевич Бухман, который был фотографом. Он мне подарил фотоаппарат, когда мне было 7 лет. Тогда это была очень новая продвинутая модель – Смена 8м. Фотографии меня учил папа, проявляли мы на кухне при красной лампочке, в туалете промывали, потом сушили, гладили их, чтобы были ровные – такая была магия. Бумага была разная – унибром, бромпортрет. Бромпортрет – это знаете что? Сепия.

Потом Миша вырос, я тихонько купил фотоаппарат Nikon D200. И мы с женой подарили ему этот фотоаппарат на день рождения. Я прекрасно помню, что когда дал ему этот фотоаппарат, через полчаса раздался звонок, и в этот же день он пошел работать уже за деньги. В этот же день! И, кстати, фотошопу учил меня сын.

А напутствие, которое я дал своему сыну такое. Разница между нами фотографами и простыми людьми знаете какая? Вы все смотрите. А мы – видим. Не увидел – твой просчет.

А если вспомнить свои ошибки, то что приходит на ум?

У нас в школе есть целая лекция на эту тему. Сразу не припомнится какой-то такой яркий случай. Да, было как-то, что мы пришли снимать выпускной вечер и забыли зарядить пленку. Разные ситуации бывают.

Бывали случаи, когда Вас заставал момент, а фотоаппарата не было под рукой?

Это у меня происходит каждый день. Но, к счастью, есть телефон.

на фото: Борис Бухман

Как сообщала USIonline.com, самый дорогой художник Украины возглавит Одесский художественный музей

Читайте нас в Telegram.

Комментарии